Без рубрики

Там, за окном, в темноте…

Автор — johnny-max-cage.
Один писатель страшных рассказов, которого преследовали жуткие образы и ночные кошмары, решил раз и навсегда покончить со своим творчеством. Однажды ночью он стал писать свой последний рассказ… Внезапно в этот момент порыв ветра из открытого окна разбросал лежащие на столе листы бумаги. Из ночной темноты, в окне стали появляться ужасные видения и образы. Писатель узнал их! Это были главные герои его страшных рассказов. Они пришли к нему из потустороннего мира и стали звать на улицу, чтобы он вышел и попрощался с ними. Они зовут его и ждут, затаившись…

Там, за окном, в темноте...

О Боже праведный, с ума схожу я медленно.
Прошу, избавь меня от этой темноты!
В геенне огненной сгореть судьбой велено,
И душу режут сети мёртвых паутин.

Во сне гробы немые трауром преследуют.
С приходом ночи в поздний час крадётся страх.
В который раз свои истории поведают
Больные души с дрожью синей на устах.

Во сне мне кажется — хоронят, будто, заживо.
И тело вздрогнет от комков сырой земли.
Боюсь, однажды не увижу день я завтрашний.
Мой тёмный волос стал с оттенком белизны.

Сойти с ума, возможно, можно от безумия.
Но вы послушайте: страшна как тишина!
Кошмар в душе, как извержение Везувия,
Убил вокруг остатки разума и сна.

Перо гусиное возьмёт рука дрожащая.
Макнув в чернильницу, начнёт писать рассказ.
Последний штрих, он самый страшный и ужаснейший.
Затем в камине обратится книга в прах.

Часы дубовые пробили в зале полночь.
И вдруг послышался тринадцатый удар!
Я замер камнем! Я в оцепененье полном
Направил взор застывших глаз своих туда,

Где из окна повеял ветер дуновением,
Великодушно разбросав мои листы.
Вдали услышал погребальное я пение,
Что доносилось из кромешной темноты…

Звуча всё громче, предвещало приближение
Фигур, не виданных мной прежде никогда,
Но так знакомых до мурашек, тем не менее.
Они в душе таились с ужасом всегда!

Узнал я тех, о ком писал рассказы страшные.
Явились духи за окном, из темноты.
Они реальны, литы чернью, кровью крашены.
Мои герои… Все они… Не может быть…

Зовут меня, скрипят по стёклам с завыванием,
Хотят, чтоб вышел я наружу, за порог,
И повстречался с ними всеми на прощание,
Вблизи увидеть, чтобы каждого я смог.

И любопытство одержало верх над страхом.
Поверил в чудо воплощенья я теперь.
Поднялся с места и шагнул навстречу мраку.
Дрожа всем телом, вышел медленно за дверь.

Не передать того потрясенного смятения,
Что испытал я всей душой в полночный час.
Узрел воочию плоды воображения,
Что окружили сразу взором мёртвых глаз.

Моё сознанье испытало помрачение.
Не верил в то, что это всё не сон, а явь.
Шаталось тело. Чуя головокружение,
В тот миг я страхом настоящим был объят.

При виде образов больной своей фантазии
Я смог бессвязно прошептать: » О, Боже мой! «
От тошноты хотелось лишь лежать над тазиком,
Желая только обрести скорей покой.

Я осознал, насколько всё это ужасно.
Реальный вид их пробирает до костей!
И находиться рядом с ними мне опасно.
Я задержался в мире умерших людей.

Но почему я вижу их? С какого чёрта?
Галлюцинации? Не более того?
И тут вдруг понял, ужаснувшись: «Я ведь мёртвый!»
Всем телом вздрогнув, поглядел назад в окно.

Там за столом сидел писатель мне знакомый.
В окно, направив свой потухший резко взгляд.

Стакан скатился и упал на пол со звоном.
Разбился.
По полу пятном растёкся яд…

Там, за окном, в темноте...